«Монрепо» — мой покой, мое отдохновение.

31.08.2012

Панорама залива и острова Людвигштайн.

Во время своих малых и больших путешествий, я посетил множество парков: дворцовых, замковых, приусадебных. Большие и маленькие, ухоженные и запущенные, какие то, нравились и оставляли след в памяти, другие бесследно забывались. Но «Монрепо», просто поразил меня, подарив ни с чем несравнимые впечатления и оставив глубокий след в душе и памяти.

Не буду подробно описывать историю парка, его объекты и перечислять людей, благодаря которым они появились. В сети полно ресурсов с такой информацией. Вместо этого, постараюсь поделиться впечатлениями и своим пониманием этого места.

Но прежде чем начать делиться своими впечатлениями, хочу выразить огромную благодарность Лоле Юрьевне, нашему экскурсоводу, профессионалу экстра-класса и очень, очень эрудированному и знающему человеку. Не смотря, на ноябрьскую погоду, она несколько часов ходила с нами по парку, лазила по скалам, и успевала все рассказывать и даже цитировать «Калевалу» на двух языках. Благодаря ей мы совершили незабываемое путешествие в мир прекрасного.

Размеры парка не велики — «Монрепо» представляет собой, не большую полосу суши на берегу Выборгского залива, с россыпями валунов и гранитными скалами, покрытыми мхом и поросшими хвойным лесом. Со стороны суши парк опоясывает ограда из необработанных гранитных камней, прекрасно гармонирующая с окружающей местностью. С другой стороны раскинулись воды Выборгского залива, создающие прекрасный фон для прибрежных композиций парка.

Подобно увлекательной книге, наполненной, грустными, весёлыми, трагическими и драматическими событиями, парк пробуждает различные чувства, от грусти до светлой радости.  Каждый пейзаж, каждая композиция открывающаяся взгляду посетителя взывает к душе и сердцу.

Белоснежная капелла «замок Людвигштейн», возвышающаяся на скалистом острове-некрополе рода Николаи, напоминает шахматную ладью на доске времени. В купе с вечнозелёными елями и надгробными памятниками, будит грусть и мысли о вечном. Пристань у острова и протока вызывает образ Харона, перевозящего туда, откуда не возвращаются. Этот уголок парка прекрасная иллюстрация к словам самого Людвига Генриха Николаи: «На краткий миг, о холм, ты мой, потом, навек я буду твой».

Огромный падающий камень, грозно нависший над тропинкой с посетителями, который удерживает от падения, лишь тоненькая березка, так же напоминает о мимолетности и бренности всего сущего.

Надо сказать, места «меланхолии и грусти», памятники посвящённые друзьям, благодетелям, членам семьи, занимают большое место в композиции парка, и все же парк не выглядит мрачным, здесь есть место и другим чувствам.

Высокие сосны на песке, маленькие островки с извилистыми берегами и ажурные мостики в китайском стиле, над узкими протоками. С одного из них, открывается живописная картина на усадебный дом. Все это навевает образы экзотического Востока, которым так была увлечена Европа, с конца XVII века.

Центральная часть парка, светлая и просторная, дарит чувство спокойствия и умиротворения, а прямые расходящиеся дорожки, открывают путь в другие части парка.

С Левкатийской скалы, от обелиска братьям Броглио (де Брольи), можно полюбоваться прекрасной панорамой парка и залива. Не менее красивый вид на остров-некрополь с «замком Людвигштейн» и лесистый восточный берег залива открывается от храма Нептуна, так гармонично вписанного в северный пейзаж.

Но каков бы не был Ваш путь, приведет он в северо-западную часть парка. Где пройдя по тенистым тропинкам, через грот Желаний, вы увидите еще один сюрприз парка —  на гранитном валуне, в расщелине гранитного массива, восседает «старый, верный Вяйнямейнен» — вдохновенный рунопевец, с кантеле на коленях и рукой, воздетой к небу, — «иллюстрируя» великий карело-финский эпос «Калевалу».

Дерзнувший, двинуться дальше, вскоре достигнет «Конца света», пейзажи которого, суровые  и неприветливые, вновь напомнят о бренности и непостоянстве бытия

Закончить свое повествование хочу словами Анны Петровны Керн:

«Много вкуса и любви к делу было в человеке, умевшем так прекрасно украсить этот уголок, не изуродовав природы, как это часто делается. Он, так сказать, только приголубил, приласкал ее и тем помог ей выказать еще рельефнее все свои красоты».

 

2010 г.